Невоспитанный Кролик говорит что думает
Дочитываю я уже "12 стульев" и думаю о том, насколько все-таки я русский человек. Сейчас объясню: я знаю минимум два момента в истории нашей страны, когда жизненный уклад кардинальным образом менялся. Фактически, все вставало с ног на голову. Первый - это Революция начала 20 века, второй - развал СССР и последующее становление капиталистического общества. В обоих случаях людям приходилось тотально менять свой образ жизни и зачастую, как в песне, "тот, кто был всем, тот станет никем". Вот представьте: жили-жили люди, была своя усадьба, сад, владения, крепостные, брички там, кареты... балы, платья... А потом - трах-та-ра-рах! - и зажиточный дворянин становится таким же обычным человеком, как и плотник Васька, и дворник Гаврила, и какой-нибудь там Печкин-Лавочкин. И надо как-то подстраиваться под новый уклад, ломать себя, свое мышление, становится совершенно другим человеком.
Иногда я представляю себе Россию большим вращающимся блюдом, которое то становится ледяным, то раскаленным. И для того чтобы не свалиться с него, не умереть от переохлаждения, не поджариться, нужно постоянно бежать, прыгать, менять направление своих движений. В общем, нужно быть мобильным - постоянно.
Так вот и моя жизнь такая. Я попросту не могу чувствовать себя в порядке тогда, когда сижу на месте, когда вокруг меня ничего не меняется, ничего не происходит. Короче, если по чесноку, мне нужен тотальный пиздец. Мне нужна встряска, как тем самым дворянам, как советской инженерной элите! Именно поэтому я постоянно меняю работу, меняю место жительства, даже поле деятельности (не особо широко я, конечно, в данном вопросе разгулялась, но все же).
Вероятно, рано или поздно я все же приду к "Игре в классики" Кортасара и пойму его, наконец.
А на все эти рассуждения меня натолкнул Киса или Ипполит Матвеевич Воробьянинов, который, в отличие от своего альтер-эго О. Бендера, никак не может приспособиться к новому жизненному укладу страны, который не умеет зарабатывать деньги, а умеет только тратить и жить на широкую ногу. Читаю я момент, когда Остап заставляет его на трех языках просить милостыню, и думаю о том, куда пошли гимназические знания Воробьянинова. "Же не манж пас сис жур"....
А еще один персонаж, который отлично вписывается в контекст - "поэт" Ляпис-Трубецкой, которого так потрясно редактор "Станка" стыдит. Это явный пример того самого человека из народа, того самого великого заблуждения, что "и кухарка может править страной". Не может дворовый прощелыга, за всю свою жизнь не прочитавший ни одной книжки, быть поэтом - это рифмоплет, как максимум, но явно не лирик. И не может дворянин с гимназическим образованием быть дворовым прощелыгой. А у нас в стране вечно один с другим меняются ролями. Одному вечно кажется, что у другого во дворе трава зеленее.
И смеяться-то вроде надо бы, читая Ильфа и Петрова. Да что-то не до смеха мне...